В конце дня, вместившего так много, дня, пахнущего дымом горящих покрышек с улиц Киева, дня новой прогулки Маши и Нади в сердце Зла, дня, похожего на шаткую досточку между прошлым и будущим - следует наконец полузакрыть глаза и с расслабленными нервами погрузиться в плавное течение мелодии. Тут нет горластого Гиллана, зато есть проникновенный Род Эванс. Тут молодой сумрачный Блэкмор играет соло, которое спиралью уходит в серые пустые небеса. Тут органные мысли Джона Лорда вызывают немое удивление в глазницах заброшенных зданий. И крыша с музыкантами на ней поднимается в небо как вневременной чудо-параплан, и музыканты на парящей крыше так прекрасно отрешены от всего на свете и излучают такую свободу и такую силу... Это ранний состав еще никому неизвестных Deep Purple переводит бодрую битловскую вещь на язык вечера, одиночества и медитации.

P.S. Передаем эту вещь для Пороха, именующего себя Владимир Чижевский - и сообщаем всем интересующимся, что три поста назад допущена ошибка. Порох пьет пиво не на Рюмпельхазенштрумпфштрассе, а на Новом Арбате, о чем написал нам сам. Перепутавшие Арбат с Рюмпельхазенштрумпфштрассе сосланы в Африку!

На фото: Deep Purple без Гиллана и Гловера - но с Эвансом и Симпером. 

Сегодня утром мы выловили из серого, набухающего весной океана бутылку темного зеленого стекла. В бутылке была записка от Nadia Koman. Надя пишет:

"И вот, что удивительно: оказывается, мир непрерывен. Мир гармонии, звуков, стихов, красок, мыслей... Это мы в него то входим, то выходим. И это мы его то слышим, то не слышим. А он просто есть. И в нём можно жить!"

 Ну что же. Разве мы не прошли по дороге из разорванных черновиков, зачеркнутых строк, брошенных в огонь холстов, заляпанных краской картонок и не нашедшей нот музыки? Теперь заходим в самого утра в мир, где нам надлежит быть, и живем в нем. Спасибо за напоминание, Надя!

Наступила неделя, в которой все у всех получится!

Это была Пиратка Мэри с философией Северного моря

Художник: Goyo Dominguez, Испания

Добрый день, сегодня с утра мы продолжаем практику воплощений и стратегию превращений! На ваших глазах мы превращаем понедельник в праздник, умного в дурака, годы в дни, камни в цветы. Светский салон на ваших глазах превращается в танцпол с оранжевым задником, голубенькая комбинация в роскошное бальное платье со снежным боа, простецкие немецкие парни - в шикарных джентльменов с тросточками. Ну, что бы еще нам превратить во что? Превращаем тяжесть в легкость, подоконник в тропический сад, белое безмолвие в синий восторг...
Это группа называется просто и со вкусом: "Мы герои". В тяжком мире страдающих авитаминозом мрачняг они выплеснули яркий свет и дали свежий звук. Кто-то ныл, что нет денег на раскрутку, а они сделали самодельный клип за пять копеек и рассмешили всех! Кто-то протирал туфли бархоткой и приглаживал волосы, ожидая в прихожей, когда босс лейбла уделит две минуты - а они вступили в игру вообще без лейбла, но со стихами своей вокалистки Юдит Холофернес, которые не похожи на стихи, непохожи на поп-лабуду, не похожи на рок-монумент, не похожи ни на что.
 В наш эфир Wir sind Helden попали потому, что создатель нашего сайта, технический директор РАДИО ФРАНЧЕСКА, программный маэстро, пиратский вольтижер Порох, скрывающийся под маской Vladimir Chizhevsky, встретил их в пивном баре на Рюмпенхазеброкенштрассе (это справа за углом, если идти слева наверх...). И спросил: "Вы ваааще как?" А они ответили: "Мы ваааще так! Мы gekommen um zu bleiben! Пришли чтобы остаться! А вы-то как там, на РАДИО?" И тогда Порох с легкой душой отхлебнул темного горького и сказал: "Wir auch! Мы тоже!"

Есть слова, фразы, услышав которые вдруг понимаешь, что в голове наконец-то сложился пазл - высветилась формула, в поисках которой ты провел несколько лет, сам того не осознавая. Вихрь мыслей утих и на некоторое время внутри тебя воцарился покой. Так бывало в далеких и счастливых 70-х – из раза в раз доставая из конверта, оформленного каким-то неизвестным нам тогда великим художником, бумажный пакет цвета слоновой кости и бережно вытягивая из него самыми кончиками большого и указательного пальцев черный матовый диск, словно покрытый тонким слоем масла, с нарезанными на нем бороздками, ты замирал в ожидании чуда.